Ультрокомпактный Nikon

Текст: Владимир Попов

В сказке можно прокатиться на луне
И по радуге промчаться на коне…
Детская песня

– Я вот только не пойму одного, – Фил поежился как от холода и понизил голос. – Зачем мы им нужны? Например, я звоню одной красотке – она слышит мой звонок, поднимает трубку, мы договариваемся о встрече. Ей нужны мои деньги, а я от нее хочу тоже понятно чего. Мы встречаемся и взаимно удовлетворяем друг друга. А эти, со звезд, братья наши по разуму… Ну, прилетят они – что им от нас? Водородную бомбу не видели? Шестируких киборгов? Отходняк от эльфийских цветов? Кха-ха-кха, – Фил закашлялся, – проклятые рудники…
Смолл, подозрительно косящийся по сторонам худой высокий рыжий ирландец, наклонился к Филу и начал говорить – шипя, отрывисто, время от времени заговорщицки умолкая и прислушиваясь к тишине:
– Мы им не нужны! Кому мы вообще нужны? Но то, что они к нам прилетают, это просто так положено. Законы жанра – понимаешь? Это как когда ты тонешь, и мимо идет корабль. Военный. И ты никому там не нужен. Мало того, если тебя спасут, то, может быть, сразу ослепят или посадят за решетку. Но хочешь не хочешь, все равно спасут: человек – понимаешь – за бортом!
Фил, медленно пожевывая челюстями, поднял голову:
– Закон жанра – это я понимаю. Тогда мы получается – утопающие? А эти, спасатели, глаза будут нам ослеплять? Или за решетку посадят?
– Да не знаю я, все-таки высший разум… Хотя кто их поймет, что для них значит отдыхать, а что значит – сидеть на киче? Может, по их понятиям, мы и так все слепые и сидим за решеткой…
– …в темнице сырой. А что, похоже на Станцию. Старшие братья хреновы, – Фил зубами откусил конец сигары и смачно сплюнул на пол.
Выпрямившись во весь рост и повесив на плечо сумку, Смолл выглядел горбатым троллем из сказок Топелиуса. На мгновение обзор заслонила пола Смоллова плаща, потом за ним поднялся и вышел Фил, и курительная комната опустела.

На другом конце здания, в сферическом стеклянном холле на высоте 500 метров от земли двое встали из-за стола. Один подошел к окну, оперся руками о высокий подоконник. Повисла пауза. Сквозь желтоватые, на пол-лица очки смотрел он на величественную панораму ночного города.
– Мы должны взять управление массами под четкое руководство. Это ваша задача, Арм. А пока что на базе беспрепятственно треплются про пришельцев, братьев по разуму и о разуме призраков! Вот Вы – ответьте: как просочилась информация, почему до сих пор не объявлена официальная версия?
– Арчи, не принимайте все так близко к груди. Наше дело мы знаем: Станция – это большой слаженный организм, все на своем месте, все вовремя. Невозможно утаить информацию о Визите. Семь наших операторов приняли и независимо расшифровали ее. Это – ответ на наш запрос, все чин по чину, но вот что меня больше тревожит – слишком все гладко, и не так оно что-то…
– Да, уж, гладко… Сколько лет, по-вашему, программе «Визит»? Десять? Двадцать? Нет, много больше: впервые она была запушена в 1986 году. И с того времени – ни одного сигнала, никаких контактов, а мы все ждем, надеемся и верим. Миллионы земных кредитов в трубу, то есть в летающую тарелку! Зато сейчас, когда эти вложения оправдались, мы хотим не упустить шанс, мы хотим, чтобы встреча была организована по первому разряду!
– Ха-ха-ха-ха, Арчи, дружище, сколько тебя помню, вы всегда там, в аппарате, не слишком были близки к народу… Но теперь раскрой глаза: ты кому устраивать прием собрался? Уинстону Черчиллю? Феллини? Кого ты принимаешь? Обезьяну? Бога? Двух-, трех-, четырехногое создание? Из плоти, из газа, из камня? – в глазах Арма налились оранжевые кремниевые прожилки, губы и руки тряслись, но он полностью контролировал ситуацию. Мотор ни к черту, нервы пора менять, но мозг – как только что из холодильника. – А? Какой, твою мать, «не упустить шанс»? Ты, крыса тыловая, совсем с ума сбрендил – хочешь подставить свою жопу инопланетным уродам за пару-тройку новых технологий, чтобы ты и твои дети до скончания дней были обеспечены Q-сном и выделенным полем? Пойми, дурень, сейчас не до твоих мелких притязаний – мы встречаемся с… богами, может быть. Этот контакт изменит жизнь в Солнечном Союзе до неузнаваемости!
– Не знаю, как в Солнечном Союзе, но нашу, похоже, изменит. Хорошо, – Арчи повернулся, отошел от окна и сильным резким движением руки закрутил сидящего в вертящемся кресле Арма. – Ты жди неузнаваемых перемен, но чтобы в 24.67 по солнечному времени твои приборы работали как атомы! И не дай тебе Свет провалить подготовку «А»! Тогда новая эра начнется не для тебя – и уж без Q-сна, это точно!

Силовое поле притянуло и растворило в сером тумане подошедшего к двери Арчи. Он вышел в главном зале оперативного штаба. Вокруг кипела жизнь. 108 операторов смотрели на тысячи голографических окон огромного дисплея: мониторинг эфира, данные по C-областям, ближайшему Космосу и готовность по программе «Визит».
Как мало мы знаем о себе и о других, а тут еще эти твари! Что мы им покажем, и почему комитет решил, что именно это им будет понятно? Арчи вспомнил, что в первые спутники, отправляемые за пределы Солнечной системы, были вложены взявшиеся за руки стальные фигурки мужчины и женщины, модель атома водорода и гимн Советского Союза… Не хватало еще отрубленной головы слуги и мумии вождя. Научные материалисты галактик, объединяйтесь!
Правда, что и сейчас мы не далеко ушли в своих представлениях о хороших манерах при первой встрече с иноземным существом. На поле, оборудованном под башней Центра Контактов, были расположены: трехмерная модель ДНК, развертывающаяся на 25 метров, число Пи, иллюстрация принципа золотого сечения, постоянной Боровица, к мужчине и женщине прибавили детей, собаку, кошку, курицу и яблоню. По бокам огромные излучатели проецировали на расстоянии 77 метров семь цветов, колонки играли семь нот, которые могли перерасти во что угодно, предпочтительней – по мнению спейсологов – в Баха. Да! Чуть не забыл: три направленных термоядерных заряда превращали, при опасности, гостей и принимающих в «тень на мосту Шу-нен»…

Прозрачный пол перед Арчи вдруг повело в сторону. Из образовавшейся ниоткуда двери вышли трое, похожие на охрану СИЛ, – в черных обтягивающих костюмах, с неизменными чемоданчиками спейса в наспинных руках. Они шли прямо на него – Арчи инстинктивно прижался к стенке – трое прошли мимо и скрылись за поворотом.
Первое, что приходило на ум: зачем СИЛ проникли в здание? СИЛ используются при спецоперациях для зачистки от мутантов и при других биологических зараженьях. Потом возник вопрос: откуда вообще они здесь взялись? Арчи оглянулся – операторы мерно считывали данные, охраны стояла на местах…
– Алло, Арм? У тебя все нормально?
Через секунду перед глазами засветилась голубоватым светом фигура Арма, сидящего за пультом. Казалось, коричневые мешки у него под глазами еще больше набухли. Арм наклонился над видоискателем связи – по старинке он крепил его на груди: – Арчи, ты ничего не заметил?
– Я это… А ты? Ты что заметил?
– Арчи, я спросил первый! Но ладно, сейчас зайду к тебе.

Арм видел трех марсианских стрекоз, что вообще никуда не вписывалось. Это были не реальные персонажи и, вероятно, плод Армового воображения.
Эта усталость… Последние дни перед контактом он пил много аи… Сказывается перенапряжение.
– Включить режим прослушивания разговоров, проверить периметр! – Арм автоматически перечислял команды, но внутренний голос молчал. Он понимал: никто даже словом не обмолвится, что что-то видел: жители Станции боятся психушки больше, чем инопланетного разума…

24.62 – за пять солнечных единиц до контакта. Видение повторилось: СИЛ снова прошли перед глазами, и Арчи, за миг до того как СИЛ скроются из вида, заметил, что все операторы смотрят не на экраны, но притупленно, как бы задумавшись о прошлом, что-то вспоминают...
Сомнений быть не может: Они здесь, среди нас – контакт начался раньше, не санкционировано. Надо переходить к плану «Перехват» или продолжать подготовку?
Начали поступать сигналы от гостей Станции – приглашенных наблюдателей Солнечного Совета: что-то происходит, кто-то кого-то видел, каждый видел свое… Только по субъективным признакам… Корабль Чужих не раскрыт службой слежения – да и с чего мы взяли, что у них будет корабль?

Вот они уже и стали – чужие. Как не по плану, так – чужие. В классической китайской стратегии это называется вести бой на чужой территории. Мы им приготовили постель, еду и нож за – пазухой. А они – сами выбрали место контакта. Они – в нашем сознании. Или нет никого?
Сейчас уже все равно, уже, наверное, аналитики на Земле запустили Дельфий-ский метод, названный так по имени древнегреческого города. Суть его в системе сбора экспертных оценок, их математической статистической обработке и последовательной корректировке на основе результатов каждого цикла обработки. Кто что видел, кто что чувствовал. Сверка данных с результатами ментального сканера, приведение войск в полную боевую готовность. Война? С кем? Что пытаясь защитить? Жен, детей, родную Галактику?
Вспомнился Папюс: «Весь воспринимаемый мир наводнен странными существами, но стена восприятия ограждает нас друг от друга. Если же их позвать, они могут пройти сквозь стену. Тогда мы видим троллей, русалок, оборотней. Сказка оживает. Но не только мы видим этих существ – они получают возможность на нас воздействовать».
И еще из Клаузевица: «Когда ты смотришь в колодец, не забывай, что и колодец смотрит в тебя».
Магия и оккультизм… Мы это видим, или нам показывают? Пора брать себя в руки.

24.67 солнечных единиц. Час Х. Никто не вышел на связь. Впереди долгие дознания, расследование: кто что видел? И расскажут жители станции: кто видел нимфу, кто соседа, кто свою жену, начальство, свежий хлеб, ментопульт, кибергелс 7-го поколения, кто вдруг оказался в лесу среди змей…

В каюте Арм и Арчи. На проецируемом дисплее ментограммы операторов и служащих Станции. Время – через минуту после второго контакта. Уже понятно, что в контакте нет никакой логики. Каждому они явились в разном обличии. Арчи медленно повернул голову в сторону собеседника:
– Это похоже на массовый гипноз. Помнишь, как бредили наши ребята после этого тумана с Венеры?
– Да, возможно, но вот что не связывается: назначение даты контакта тоже приглючилось?
– Суммарное наложение психополя… – начал Арчи, но Арм нашел какую-то картинку и, надев ментонаушники, уже погружался в чужую реальность… На лице его отразилось подобие улыбки, уголки глаз прищурились… Отвлекшись на секунду, он набрал номер ментоканала Арчи и включил проект-выход.
Фигура Фила сфокусировалась на расстоянии нескольких шагов, и стал слышен голос:
– Смолл, что за хрень? Да, я стою у левого блока. Тут – такое! Что? Контакт начался раньше? Почему здесь, а не там? Что? Везде? Как везде? Да! Они пришли в форме времен четвертых агрессий – с такой старой винтовкой. Он в меня стрелял, представь! Ты во сне умирал?
– Фил, не гони, – Смолл, прямой как жердь, весь потный, стоял в туалетной комнате, курил и смотрел в зеркало. – Они похожи на кенгуру, они гипнотизируют взглядом, и они тут везде. Их тысячи – я сбежал сюда. Фил! Они боятся зеркал!
Позади Фила появился мальчик – сын Кора с третьего энергоблока. Он вез за собой на плазмошнурке модель звездолета, а в другой руке протягивал Филу светящийся приплюснутый шар.
– Что это, малыш? – голос Фила смягчился, но брать светящийся шар он не стал.
– Это мне дяденька с белой бородой дал – взял из радуги – сказал, что я буду давать это другим, а у меня меньше не станет. Хотите? А еще он меня катал по радуге на небо! И мы видели Станцию и сияние вокруг!
– По какой радуге?
– А вон, – мальчик показал вдаль рукой за плечо Фила, он оглянулся: радуга начиналась от города на краю горизонта, переливаясь, широкими полосами поднималась в небо и растворялась в звездах…

Файл № 01 110 01110 библиотеки Комитета по Контактам

Дневник Арнольда Сибелиуса, наместника Совета Десяти по спец. вопросам

«…Что такое Контакт и что есть критерий установки Контакта? Что такое общение, и не есть ли тепло новых отношений основной показатель общения? Древние индусы говорили: мы то, что мы едим – да, но справедливо также: мы то, что мы думаем. Это очень жестокая истина, но человечеству должно понять: мы в ответе за то, что мы воспринимаем. Окружающий мир есть зеркальное отражение наших мыслей, ожиданий, представлений. Каждому – свое…»